В этом году, а именно 27 марта, войска Национальной гвардии Российской Федерации отмечают свой первый юбилей – прошло уже пять лет, как Указом Президента страны для борьбы с криминалитетом был создан новый орган федеральной исполнительной власти. Как справляется с возложенными обязанностями подразделение по Дагестану? Об этом и многом другом наш разговор с начальником Управления Росгвардии по РД генерал-майором полиции Магомедом Баачиловым.

– Да, время идет, в 2021 году исполняется пять лет со дня создания нашего ведомства, – отмечает Магомед Гусейнович. – Но есть еще одна не менее значимая юбилейная дата – 210 лет со дня образования войск правопорядка. Конечно, это историческое событие, к которому Управление подошло со значительными успехами. В чем они заключаются? Среди основных задач Рос­гвардии – обеспечение общественной безопасности и борьба с терроризмом. Так вот, во всех массовых мероприятиях, проходящих в стране, нашей республике, в охране общественного порядка самое активное участие принимают росгвардейцы. Это в первую очередь подразделения ОМОН и Управления вневедомственной охраны.

Бывают ситуации, когда задействованы силы специального назначения – тот же ОМОН, СОБР. Любое крупное событие требует привлечения достаточного количества сотрудников Центра лицензионно-разрешительной работы, потому что устанавливается жесткий пропускной контроль. И неоднократно мы сталкивались с попытками проноса/провоза гражданского огнестрельного и холодного оружия. Даже если имеется разрешение, его ношение на мероприятиях, где предполагается больше скопление людей, запрещено.

– Вы говорите о полицейской составляющей. А войсковая?

– Действительно, в состав Рос­гвардии вошли отдельные бригады оперативного назначения и войсковой спецназ. Эти подразделения успешно справляются со своими задачами. Если ОМОН работает непосредственно в населенном пункте, то они находятся рядом с населенным пунктом, в горно-лесистой местности. Выполняют служебную задачу в составе сводных оперативных групп, оперативно-поисковых и мобильных подразделений по пресечению попыток подготовки к терактам, к массовым протестным акциям вне населенных пунктов.

– Как «сроднились» разные подразделения в одном ведомстве?

– Не могу говорить о других субъектах, но в нашей республике этот процесс прошел безболезненно. Хотя на самом деле, вы знаете, объединили ведь в одной организации четыре разные силовые структуры: ОМОН, СОБР, вневедомственная охрана и авиационные отряды специального назначения. Это всегда были полицейские подразделения и, находясь в системе МВД, никогда ранее вместе службу не несли. Конечно, уставы, алгоритмы действий в той или иной ситуации отличались, но мы быстро нашли общий язык, потому как выполняли одну задачу – вели борьбу с терроризмом и экстремизмом. И продолжаем выполнять ее.

– Перечень служебных вопросов расширился. Какие задачи стоят сейчас перед сотрудниками?

– Задачи практически те же, что и были, – охрана общественного порядка, борьба с терроризмом, контроль за оборотом гражданского оружия и т.д. Поменялось лишь руководящее ядро, и плюс теперь мы совместно с подразделениями Пограничного управления ФСБ России привлекаемся к выполнению задачи обеспечения безопасности на государственной границе, на мероприятия, проводимые в морском районе (бассейне) в г. Каспийске.

– Словосочетание «при поддержке Росгвардии были задержаны/обнаружены/уничтожены» часто используется в новостных репортажах центральных СМИ, а в Дагестане такое услышишь нечасто. В целом как оцениваете обстановку с обеспечением безопасности в республике?

– Ну, вы сами видите: у нас тихо, спокойно, люди не боятся выходить на улицы. Оперативная обстановка находится под контролем правоохранительных органов, органов государственной власти. Я всегда говорил и буду говорить: это результат кропотливой работы, сопряженной с риском для жизни и здоровья сотрудников всех без исключения видов правоохранительной деятельности: МВД, ФСБ, прокуратуры, Следственного комитета, Росгвардии, а также представителей духовенства, не поддавшихся идеологии экстремизма и поплатившихся за это своими жизнями. Сколько пострадало судей разного уровня… Это был общий вклад в победу, и сегодня в нашем родном Дагестане царят мир и порядок, жизнь возвращается в привычное русло.

– Безусловно, за этим спокойствием граждан невидимая работа правоохранительных структур. Какую тактику приходится применять для обеспечения мирной жизни в некогда тревожном регионе страны?

– Вся тактика нацелена на то, чтобы пресечь нарушение общественного порядка, действий террористических, экстремистских, преступных группировок. Мы эту задачу выполняем совместно с МВД и ФСБ.

– Контроль за оборотом гражданского оружия перешел в Росгвардию. Насколько известно, в прошлом его количество было довольно ощутимым. Ситуация изменилась?

– Гражданское оружие находится в свободном обороте, причем по доступной ценовой политике, поэтому желание людей приобрести его для различных целей (личная безопасность, охота и пр.) с каждым годом растет. Приведу некоторые цифры: на 2020 год в республике было зарегистрировано более 120 тыс. единиц оружия, самих владельцев – около 90 тысяч. Частные охранные организации, функционирующие в Дагестане (а их у нас более 600), в своей деятельности используют в том числе гражданское оружие. Проблема на сегодняшний день заключается в том, что очень много наших граждан несвоевременно продлевают срок хранения оружия. По действующему законодательству мы имеем право оштрафовать такого владельца. А если же речь идет о злостном нарушителе, то и вовсе изъять у него оружие. И эта задача исправно выполняется – оружие должно иметь четкий контроль и четкий оборот.

– Психологический аспект крайне важен при подборе сотрудников. Как в этом плане работают соответствующие специалисты со служащими Росгвардии?

– Психологический аспект – один из этапов проверки кандидата. В первую очередь человек должен быть физически здоровым, для нас это главное. После прохождения тестов по физподготовке предстоит медицинское обследование. Параллельно с ним работают психологи. Когда все проверки завершены, кандидат подвергается обследованию на полиграфе. И вот на полиграфе выявляются все негативные моменты, отсеивается много людей – свой мозг обмануть нельзя. Отбору сотрудников уделяется особое внимание: как и во всех подразделениях, в войсках Национальной гвардии есть отдел собственной безопасности. В числе прочих задач этот отдел борется с проникновением в наши ряды отдельных категорий граждан, имеющих приверженность к наркомании, к экстремистским течениям. На сегодняшний день, я вас уверяю, такого контингента у нас нет. Чем чище ряды, тем легче работать.

– И последний вопрос: будущее Росгвардии – каким вы его видите?

– Это новая структура, требовать от нас всего и сразу, наверное, неправильно и несправедливо. Отмечу, что дагестанское управление находится в привилегированном положении – МВД передало нам мощные объекты. Это и здание, в котором мы с вами находимся, и в Каспийске практически новая база. Войсковые подразделения имеют свои полигоны, казармы, площадки. Не везде дела обстоят так хорошо, вместе с тем у нас есть перспектива – структура-то создана по указу Верховного главнокомандующего. Так что поживем – увидим.

 Ширвани АЙГУНОВ

http://dagpravda.ru/obshestvo/magomed-baachilov-chem-chish-e-rya-dy-tem-legche-rabotat/